В каком-то весьма приблизительном месте группа свернула с ули­цы. Никто не знал, что будет дальше, и когда они перебрались через погребенный под снегом палисадник, оказалось, что тут снег образо­вал холмы, колонны и аккуратные небольшие пирамидки. Под каж­дой скрывалась ель, чьи голубовато-зеленые ветви были изуродованы и поломаны массами безжалостного снега. Над полуповаленными де­ревьями развевались обрывки экрана, столько лет защищавшего их от палящего солнца.
Самый низенький из мужчин шел вперед, прокладывая дорогу для остальных. Двухсотметровый путь занял почти час. Наконец лес остался позади, и на мониторе глобальной системы навигации пока зался домик, выглядевший сейчас маленьким, почти игрушечным иглу.
Первая лопата вошла глубоко, но наткнулась только на снег под снегом. Команда образовала неровный круг и принялась орудовать лопатами. Минут через сорок упорного труда они вырыли довольно большую яму, но до крыши не добрались. Кто-то высказал вслух об­щую мысль: домик уже рухнул под натиском бури. И хотя все молча согласились, работа продолжалась. Время от времени то один, то дру­гой со стоном тряс обмороженными руками, отходил и принимался есть дорожную смесь из коробочки, запивая водой из бутылки, до то­го спрятанной под одеждой. Некоторые слушали новости по спутни­ковому радио. Искусственный буран и выпавшие на их долю испыта­ния стали самым важным событием. И хотя на помощь уже была отправлена целая армия солдат и гражданских спасателей, они могли и не успеть. Каждый выступавший по радио соглашался, что опасно­сти подвергаются тысячи жизней, а ученые мужи и законники пыта­лись перещеголять друг друга, описывая кары, которые ждут винов­ного в преступлении столь гигантских масштабов.
Наконец все приемники были выключены, а лопаты вновь вонзи­лись в снег. Две минуты спустя показались сине-черные изразцы на совершенно целой крыше.
Тут же противно взвыла пара алмазных пил, вгрызаясь в черепицу.
Когда дыру достаточно расширили, худощавый молодой человек пролез на темный чердак и, с помощью включенного фонарика ис­следовав доски пола и балки перекрытий, выглянул наружу.
— Вот-вот все рухнет! — крикнул он.
— Никого не слышно? — спросила Руби.
— Ничего, кроме треска досок.
Дыру расширили. Пилы и другие инструменты спустили вниз, по­сле чего за первым смельчаком последовали женщина и второй муж­чина. Но они забыли веревку — нейлоновый шнур, подходящий на любой случай. Руби схватила моток и скользнула на чердак с ловко­стью, поразившей всех, включая ее саму.
— Я вам понадоблюсь, — сообщила она безликим фигурам в мас­ках. — И помните: я единственная, кто бывал в этом доме.
Наглая ложь, которую никто не посмел оспаривать.
Они прошли по чердаку, чувствуя, как трясется и трещит дом. Под изолирующим аэрогелем оказались складная лестница и люк. Простая задвижка была легко взломана, и они спустились в темный коридор. Дома, похоже, никого не было. Они обыскали обе спальни, кухню и ма­ленькую гостиную и наконец набрели на ведущую в подвал лестницу.
Снизу пробивался красноватый свет.